Ганс Боланд

Ганс Боланд — нидерландский филолог-славист, который попал в выпуски новостей после того, как отказался принять награду — Медаль Пушкина — из рук Владимира Путина

Но в "горячие" новости не попала его работа по переводу важных классических текстов на голландский. Многих авторов Ганс Боланд впервые ввел в родную литературу — например, Анну Ахматову.

Переводчик сегодня живет в Индонезии, заканчивает работу над полным собранием сочинений Пушкина и вскоре возьмется за перевод "Анны Карениной" Льва Толстого

В Украине Ганс Боланд представлял украинский перевод книги "Моя русская душа".

- Как меняется Украина? Вы приезжаете сюда время от времени, и я могу предположить, что заметны какие-то изменения страны.

- Украина очень изменилась за последние три года. Она развивается какими-то прыжками, и с каждым становится все более самостоятельной, все более отличается от России, все лучше осознает свое существование.

Это очень радует. Я должен сказать, что боялся, когда ехал во Львов, потому что война. Но ничего такого ни в Киеве, ни во Львове я не заметил. Люди живут так, как будто войны нет.

Это нормально — жизнь должна идти дальше. По одежде и лицам людей во Львове видно, что у них все хорошо.

Когда я из-за рубежа читаю новости об Украине, то очень страшно. А когда я здесь, то чувствую, что победа уже за углом. Хотя она может и долго продолжаться — если Путин будет жить долго. 

- Для Нидерландов война в Украине имеет и очень личностное измерение. Я имею в виду авиакатастрофу самолета Малазийских авиалиний летом 2014 года над Донбассом. Если это не слишком личное, расскажите, затронула ли вас эта катастрофа.

- У меня нет знакомых, которые бы там погибли. Но на прошлой неделе я встретился с молодым голландцем, у которого в том самолете погиб друг и его девушка.

Тело его друга мы все увидели на одной из самых известных фотографий с места авиакатастрофы: в кресле сидит молодой человек, как будто ничего не случилось. Тот молодой голландец, с которым я говорил, сказал, что увидев ту фотографию, почувствовал очень сильную ненависть.

До авиакатастрофы более-менее флегматичные голландцы не хотели осуждать Россию — это нация адвокатов, да и король наш еще так недавно веселился с Путиным в Сочи. Но это продолжалось до того момента, как самолет упал с неба.

Никто, конечно, не верит, что туристов хотели убить специально. Но хватает и случайности.

С тех пор на Россию у нас смотрят совсем иначе. Если раньше Путин выглядел просто как не очень приятный человек, то сегодня он враг. Хотя были и те, кто, как я, с самого начала понял, кто такой Путин.

- Как в этих условиях можно заниматься русистикой в Голландии? Влияет ли на изучение русской литературы и новых российских текстов геополитический контекст?

- В Амстердаме живет много русских — около 10 тысяч — и со времен СССР есть книжный магазин с книгами из России.

Виртуально в Голландии не существует русской литературы — только одно издательство публикует переводы русской литературы. И оно издает только классическую литературу. Классика — это другое, это для избранных, и ее большими тиражами не издают.

У меня нет проблем с тем, чтобы публиковать мои переводы. Например, сейчас я заканчиваю переводить полное собрание сочинений Пушкина. На будущее я уже подписал контракт на перевод "Анны Карениной" Льва Толстого на голландский.

- В этой истории с русским языком и литературой как профессией и как культурой, которая приходит в ваш родной язык благодаря переводам, есть сюжет так называемого "русского мира".Часто этот концепт ассоциируют с некой воображаемой территорией, которая находится там, где говорят на русском языке. Как вы видите взаимодействие языка и пропагандистских идей, которые через него могут транслироваться?

- Путин выбрал инструмент языка. Но это очень старомодно — это оружие даже не ХХ века. И тут видна отсталость России. Поэтому я убежден, что Путин побежден. Люди не хотят в Россию, но они хотят того же, чего хочет весь мир: хорошие школы, хорошую медицину и каникулы не в Крыму, а во Франции.

- Как вы общаетесь с коллегами? Грубо говоря, много ли славистов любит Путина?

- Это в годы Холодной войны думали, что если ты учишь русский язык, то ты — коммунист. Но среди славистов не было коммунистов. Даже так: если их где-то и не было, то именно среди славистов, потому что они ездили в советскую Россию и сами видели, что там происходит. Как можно бояться такой страны?

- А российские коллеги? Вы же встречаетесь с ними на конференциях?

- Нет, я не люблю конференции. А с российскими коллегами все мои контакты распались после начала войны в Украине. Как это ни печально, они перешли на путинскую сторону.

- Что для вас является отправной точкой в этих событиях?

- Я думаю, оккупация Крыма. Не представляю, как российские интеллигенты могут жить с идеей о том, что твоя страна виновата, но притворяться, что твоя страна права.

Все вдруг должны были поверить, что Крым — это исконная, богом данная земля. Никому эта идея раньше в голову не приходила.

После Горбачева, когда я жил в России, мне казалось, что единственное, чего хочет страна — это статуи царей или большие золотые кресты. Но им почему-то были безразличны чистые туалеты. Ради идеи "величия" они готовы жертвовать всем. И свободой, и миром.

- В этом смысле, насколько славистика является полем для политики и политических влияний?

- Это хорошо видно по истории с Пушкинской медалью. Медаль я получил за перевод 10 томов полного собрания сочинений Пушкина, а также за переводы Анны Ахматовой: я ввел ее в голландский язык в те времена, когда она еще была табу в России. Также во время работы в университете Санкт-Петербурга, я написал учебник голландского языка.

Конечно, в голландском посольстве должны были знать, что я думаю про Россию — все-таки "Моя русская душа" вышла в Голландии в 2005 году, и после этого я начал получать угрозы. Но в посольстве этого не знали или не поняли. 

По-моему, в Украине тоже моего поступка не поняли. Кажется, еще никто из украинцев не отказывался от российских наград.

- Кажется, никому из Украины медалей в России не дают со времен Евромайдана. 

- Это правда. Но все равно не все поняли, зачем отказываться от литературной медали. Но я объяснял в своем письме, что я бы принял награду, если бы мне ее вручил, например, ректор МГУ — к нему у меня претензий нет.

Но Путину руки я не пожму и из его рук награду не возьму. 

После своего решения я получил письмо от директора музея Ахматовой, где она говорит, что гордится тем, что переводчик Ахматовой так поступил.

- Кстати, в упомянутом письме вы написали о себе как об "апостоле Ахматовой". Что это за метафора?

- Я всегда смотрел на Ахматову как на очень большого поэта. Я влюбился в ее поэзию с первого слова. Есть два человека в советской России: это Сталин и Ахматова. Она противостоит ему как женщина, больная, очень сильная, непоколебимая.

Она — совесть. Поэтому я ее апостол. Совесть — это самое важное в человеке. Если она загрязняется, то жизнь больше не имеет цены. Это основа ахматовского мировоззрения. 

В этом смысле я как переводчик Ахматовой не могу получать награду от Путина, который презирает культуру — не смотря на то, что он цитирует русскую классику. 

- Как перевести "загадочную русскую душу" на голландский? Я имею в виду не слова, а то, что стоит за ними. Переводится ли это?

- Если вообще что-нибудь переводится, то и это переводится.

В Голландии любят Ахматову: весь тираж моего перевода ее стихов раскупили за 10 дней. Пушкина у нас еще не переводили нормально, но это не страшно — Шекспир тоже ждал 300 лет момента, когда его хорошо перевели.

То же и с романом "Анна Каренина". Это великолепный роман, но мировоззрение графа Толстого, его идеи про женщин — это ужас. Он считает Анну Каренину бл*дью, которую нужно убить.

В то же самое время, когда писал Толстой, в Голландии писал Мультатули. Он написал  роман об Индонезии и недостатках колониализма, писал о женщинах и их несвободе.

Поэтому голландский читатель будет читать "Анну Каренину" как "Мадам Бовари", как текст в защиту женщин. Уже запрограммировано, что писатель не может думать о женщинах так, как думал Толстой, и что он будет писать о бесправии женщин в условиях патриархата.

В этом и состоит сила художественной литературы — текст живет дольше, чем разные его интерпретации. Например, в СССР Пушкина читали как великого революционера — хотя он прямо писал, что против русской революции. Сейчас в России смотрят на Пушкина как на самого христианского поэта — хотя он писал о религии с иронией.

В этом сила литературы: если ты религиозный человек, то будешь любить Пушкина, и если ты фашист, то будешь любить Пушкина. 

- Откуда истоки вашего интереса к русскому языку и литературе? 

- От Достоевского. Я в выпускном классе гимназии прочитал "Преступление и наказание". Книгу я взял в папином шкафу — это был еще старый довоенный перевод с немецкого. И я понял, что хочу прочесть эту книгу в оригинале. Я уже переводил роман Достоевского "Бесы" и мечтаю перевести "Преступление и наказание". 

Но идеи Достоевского тоже отвратительны. Хотя он в своих романах говорит противоположные вещи. С одной стороны, он обожает "божественный народ", но, если посмотреть на Карамазовых, то они преступники, пьяницы, дураки, это аморальность и грязь. Может быть, в его романах есть хорошие женщины, но они преимущественно сумасшедшие.

- Давайте продолжим разговор темой вашей книги "Моя русская душа", которая вышла в переводе на украинский. Важен ли для вас этот перевод? И вообще — расскажите о книге и опыте ее написания. 

- "Моя русская душа" – название ироническое. Где-то в девятнадцатом веке французы придумали этот термин, "русская душа" (âme russe), чтобы обозначить внезапное появление на европейской сцене того, что до тех пор считалось варварской, темной, "азиатской" нацией рабов.

С тех пор это клишеи развивалось все больше и больше, пока не стало тривиальнейшим понятием в попытках "объяснить" тот факт, что среди огромной толпы пьяниц и болванов - живут светлые люди, и гении.

Хотя и в Англии немало пьяниц и болванов окружало Шекспира, и Франция Марселя Пруста была переполнена расистами, и кроме Моцарта Австрия родила Гитлера.

Так что Россия не так уж особенна, а только отличается в смысле масштаба: очень много противного и очень мало обнадеживающего.

В "Моей русской душе" я рассказываю о том, что я видел и переживал в России за 35 лет моих отношений с этой страной. А писал ее с главной целью - уничтожить глупый миф о некотором "высшем существовании", которое как будто оправдывает преступную, главным образом деструктивную вековую историю России.

Что касается значения украинского перевода этой книжки: лично для меня событие это очень лестное. Я надеюсь, что украинский читатель найдет в ней хоть чуточку утешения, хотя бы в юморе, который в некотором смысле может быть убийственней для понятии "русской души", чем даже бомбы Путина.

Джерело:http://life.pravda.com.ua/culture/2015/11/10/202928/

Додаткова інформація:

https://uk.wikipedia.org/wiki

https://ru.wikipedia.org/wiki

На світлинах: Ганс Боланд. Ганс Боланд на презентации своей книги «Моя русская душа». Лев Толстой, автор «Анны Карениной».  Медаль Пушкина, которую отказался принять из рук Путина Ганс Боланд.

Додати коментар


Захисний код
Оновити

Вхід

Останні коментарі

Обличчя української родини Росії

Обличчя української родини Росії

{nomultithumb}

Українські молодіжні організації Росії

Українські молодіжні організації Росії

Наша кнопка