Друк
Розділ: Україна: погляд з діаспори

Майдан Незалежності.Три Президенти України спеціально для «Профілю»

Президент України 1991-1994

Будущее Украины – тема интересная во многих аспектах. Прежде всего, если рассматривать ее с точки зрения украинской идентичности. Вот какой он – современный украинец? Он такой, какой есть. Он не может быть другим, потому что за украинцем стоит тысячелетняя история. Он появился не сегодня. Он имеет большую и интересную историю. Современный украинец впервые в своей истории живет в независимом государстве. Живет 17 лет. К этому он шел долго – к свободе, к независимости. Разными способами и путями. Дрался за эту свободу как мог. Был период Киевской Руси, был период казачества, был период демократической Запорожской сечи. Все это было в нашей жизни и, собственно, каждый человек несет на себе не только современное, но и прошлое: традиции, культуру, язык, ментальность, психологические истоки. Потому нынешний украинец вобрал в себя и прошлое, и современное.

Можно задаться вопросом – какие события повлияли на то, что он является именно таким? Да и каким именно? Смелым, героическим, хитрым? Думаю, современный украинец – человек свободолюбивый, и это его современная особенность. Он – человек, который начинает все глубже осознавать свою роль в обществе. Он хочет жить лучше, чем живет. Жить свободно и демократически и иметь хорошую власть. Думаю, больше всего на него повлияла свобода. Возможность свободно общаться, выражать свои мнения, избирать, критиковать. Но справиться с ней не каждый украинец может. Часть преодолела синдром свободы, а часть еще не преодолела. Многие наши современники не понимают, что свобода – это сознательное действие, а не просто свобода, без рамок – делай что хочешь и как хочешь. Свобода не является стихией или вседозволенностью. Свобода –  это определение ситуации и подчинение демократическому закону, в этом есть сущность человека. Я вижу, как люди изменились на моих глазах. Они по-другому думают, действуют, у них другое лицо и другой взгляд на ситуацию. Они иначе одеваются, иначе ведут себя на улице, дома, в залах. Они уже становятся другими, но определить себя, конституировать себя как человека в нынешнем мире, в украинской ситуации, когда демократия уже задекларирована, но ее в действительности еще нет, современному человеку еще очень трудно. И окончательно определить свою роль, свой вес в обществе, свое право избирать и смещать власть, стоять на принципиальных позициях, когда это нужно, мы еще не умеем, но мы к этому идем.

Я осознавал себя украинцем всегда. Потому что мои деды, прадеды, родители – украинцы, они говорили только на украинском языке, пели только украинские песни и ходили только в украинскую церковь. Меня крестили в украинской одежде, с украинской песней и в украинской колыбели. Я украинец. Другое дело, что нельзя акцентировать внимание на этнической характеристике человека, потому что этничность не определяет, определяющим является мировоззрение. Если мировоззрения украинца и еврея совпадают, например, то не нужно подчеркивать разницу – это украинец, а это еврей. Потому что они одинаково думают, одинаково работают на земле, одинаково защищают свободу и хотят, чтобы земля была лучше. Здесь не имеет значения этничность, здесь имеет значение философия, мышление, позиция человека. Я знаю, скажем, троих украинцев, которые думают по-разному и действуют по-разному, и говорить, что они не украинцы, я не могу – но один из них любит свою землю Украину, а двое не любят. И я задаю себе вопрос – что для меня важнее: что он украинец и не любит свою землю или что он татарин и любит Украину? Что для меня важнее? Не этническое происхождение. Не нужно заострять внимание на национальности. Нужно делать акцент на отношении человека, гражданина Украины – независимо от этнического происхождения – к современной Украине и завтрашней Украине и на том, что он делает для будущего.

Меня спросили: какой будет Украина через 15 или 20 лет? О прогнозе на 20 лет я не могу четко говорить, потому что у меня есть основания считать, что я этого не увижу. А вот какой Украина будет через два года – это сложнее. Потому что здесь нужно нести ответственность. Можно просто фантазировать. А прогноз я могу дать абсолютно точный – Украина через два года будет лучше, чем она есть сегодня, и я в этом глубоко убежден. В конце концов, и власть, и люди, которые ее формируют, поймут простую истину – каждый должен отвечать за свои действия. Сегодня, к сожалению, очень много популизма, обещаний, много разного рода противоречий. Люди учатся бороться, а не работать. Я наблюдаю, с каким мастерством произносят народные депутаты критику. Они за 17 лет уже научились акцентировать внимание только на негативе. Они так поют критику, что это просто – заслушаться. Но когда вопрос касается конструктивных предложений, то язык у них становится очень бедным. Потому что, во-первых, у них нет этих предложений, а во-вторых, они не привыкли о них говорить. У них как-то глаза гаснут, они становятся на трибуне хилыми и беспомощными.

Вы спросите, на чем тогда основан мой прогноз о том, что через два года Украина будет лучше? Будут приходить новые люди. Это люди, которым сегодня, скажем, 30. Через два года им будет 32. Они многому учатся. Кажется, что мы живем в неуправляемом пространстве, но в действительности на человека со всех сторон влияют и позитивы, и негативы – он должен искать ответы на болезненные вопросы жизни. И он их ищет. Может, он не может сегодня сформулировать их должным образом, однако он хранит их в себе, и когда придет время, он точно убедится, что только совместными усилиями, только ответственно относясь к себе и к обществу можно решать любые общественно-политические проблемы. И таких людей будет становиться все больше и больше. И более опытных, и более подготовленных в международном смысле. Это люди, которые знают языки и современную управленческую систему. Спустя некоторое время они возьмут власть, придут к власти. Сегодня большинство – это лавочники, а придут люди интеллигентные, которые будут отвечать за управленческую работу, а пойдут в Верховную Раду, чтобы спрятаться под зонтиком и защитить себя от самого себя. Тех, кто в настоящее время хочет прошлые свои негативные действия скрыть под депутатским зонтиком, будет становиться все меньше и меньше.

Какие угрозы могут ожидать Украину в ближайшие годы? Скорее, внутренние угрозы. Они будут заключаться в том, что мы не сможем наладить четкую систему управления. Могут быть угрозы в духовном смысле, например, угроза религиозного раскола. Я выслушал многих наших представителей – и украинскую православную церковь, и представителей Киевского патриархата. Очень тяжело добиться согласия между церквями Украины. И раскол по линии церкви все еще будет угрозой для стабильности. Так же как и раскол по политической региональной линии – Восток-Запад. Он все еще будет теплиться, потому что политические силы не хотят его угомонить. А на самом деле это вовсе не так сложно. А не хотят потому, что именно на этой ниве противоречий политических и конфессиональных они попадают в парламент. 

Слова донецких о том, что они хотят второй государственный язык, значат то, что они делят Украину по языковому признаку и делают это сознательно. Потому что обещают избирателям, что как только они придут в парламент, то немедленно решат эту проблему. Это еще обещал Кучма – и на этом победил. Он обещал, что обязательно добьется второго государственного языка. Прошло 14 лет – уже и Кучма отошел, пришли другие, но язык у нас один – украинский.

И не сделали это потому, что это конституционный вопрос. Нет 300 голосов, и все это хорошо знают. Что, сегодняшний парламент соберет 300 голосов, чтобы ввести второй государственный язык? Нет. Даже 226 не соберет. И все знают – это обещание неисполнимо, но этот вопрос постоянно подогревают. То в Конституцию вставляют, то на выборах в программу. Даже те депутаты, которые, кажется, еще не совсем дураки –  простите на слове, – настолько неистовствуют от желания попасть в парламент, что предлагают что угодно, лишь бы обмануть людей. А люди верят. Верят уже 15 лет. Если так долго верят, то людям, видимо, нужно верить.

Еще один момент, который очень разъединяет украинцев, – это прошлое. Есть ли какой-то рецепт того, чтобы это прошлое не разъединяло? Даже такой пример как телевизионный проект «Великие Украинцы». Кажется, что уже на этом нельзя было спекулировать, но все равно вышло недоразумение. И выходит так потому, что этого хотят политики. Прошлое нужно для того, чтобы его знать – это одна позиция. Но иногда прошлое нужно для того, чтобы заострять ситуацию в теперешнем времени. Скажем, репрессии. Все знают, что это плохо. Все знают истории репрессий, причины и все знают исполнителей. Но означает ли это, что пропаганда и объяснение репрессий должны быть такими, чтобы у молодого человека сегодня воспитать ненависть к тем, кто осуществляли репрессии в 30-х годах? Вот здесь есть вопрос. Мы должны возобновить историческую правду. Я поддерживаю Виктора Ющенко в этом плане. Мы должны опереться на факты, чтобы оценить нашу историю, историю церкви, нашей жизни – на основе фактов. Но выводы из этого мы должны делать такие: есть прошлое, которое нам нужно, чтобы не повторять этих ошибок в будущем. А можно делать акцент на том, например, что вот они – россияне, они это сделали для украинцев. Но это сделали не россияне, а сталинский режим. К кому же мы воспитываем ненависть – к сталинскому режиму? Его уже сегодня нет, потому нет и потребности. Это прошлое. А сегодняшние отношения с Россией и с любым народом должны строиться на толерантности, чтобы в будущем мы жили в мире и спокойствии. Нельзя продуцировать в людях ненависть. Это очень опасно. У нас политики – и фракции, и партии, все строят свои политические действия на ненависти. Ненависть просто прет из них. Они ненавидят друг друга вместо того, чтобы проводить дискуссию, чтобы жить в согласии в будущем. В государстве нет четко определенной идеологии. Мы испугались этого слова.

Однако «идеология» не значит, что надо вести себя как кто-то говорит. Идеология – это государственная позиция по основным вопросам развития Украины: экономическому, политическому, духовному. Нет единого взгляда на вещи. Говорят, это неправильно, не демократически. Когда единый взгляд – как это, не демократически? Должен быть единый взгляд на цели, а вот для достижения этих целей, пожалуйста, ищите разные пути. Разные методы. Однако если есть диаметрально противоположное мнение по вопросам внешней политики, внутренней политики, то мы не можем сформулировать позиции, которые определяют развитие нации и развитие народа.

Политические манипуляции с языком, религией – это вещи, которые разъединяют Украину. Но есть и те, которые служат объединяющим фактором. Это вопрос в управлении государством – принять закон. Конституция не должна делить государство по системе управления, она должна отвечать интересам всех регионов. Это первое. Второе – вопрос экономического и социального развития. Они для всех одинаковы. Если их поставить на уровне Севастополя, Донецка, Львова, Ужгорода, то разницы не будет, потому что все люди хотят жить по экономическим законам, получать зарплату и обеспечивать семью. То есть вопросы, которые вне политики, всегда могут помочь людям объединиться вокруг обеспечения нормальной, спокойной жизни для каждого.

Меня часто спрашивают, а как Украина найдет свое место в глобальном мире – она будет «российской» или «европейской»? Она сможет сохранить свою национальную, этническую самодостаточность? Я отвечаю – она будет Украиной с цивилизованными взглядами на все сферы своей деятельности, с цивилизованными взглядами и цивилизованными действиями, и эти взгляды будут европейского уровня, европейского масштаба и европейского содержания, но свое – национальное, будет оставаться всегда. Я не верю в то, что когда-то, как писал Ульянов, во всем мире будет одна нация и один язык и денег не будет, – это фантастика. Каждая нация будет иметь свой почерк, свое лицо, свою культуру, свою ментальность, свои национальные глубинные традиции, в том числе, и в языке. Но поведение, независимо от этого, будет цивилизовано европейским. Я говорю «европейским» потому, что Европа в данном случае – это образец, но я не говорю, что это вечный образец. Я допускаю, что когда-то Украина может стать образцом. И будут в Европе говорить, что жить нужно так, как живут украинцы. Мы сами себя так уже унизили, так себя обворовали, так в себя не верим, что мы ищем кого-то, к кому можно приклониться, прислониться, под кого-то стать, под кого-то лечь. Вот в чем опасность. Украинцы – это большой народ: 70 миллионов, если взять всех украинцев в мире. И можно допустить, что этот народ будет жить по моральным, духовным, семейным нормам. И это станет образцом для других народов. Я это представляю. Наша история и наша жизнь были сложными. Мы прошли такие горнила, как голодоморы, репрессии, никогда не имели своей государственной независимости. Вот только в последний период ХХ века мы получили независимость, и то никак не можем наладить нормальные отношения, причем власть является примером неурядиц. Именно власть. От власти в народ идут все импульсы негатива. Не от народа к власти. Однако не всегда же так будет. 

К сожалению, наши люди еще не умеют пользоваться демократией. Если, скажем, в городе Киеве пришло на выборы лишь 50% людей, а из них 75% – люди старшего поколения, то можно спросить – кто нам в Киеве сформировал власть? Так вот идите, голосуйте, формируйте власть для себя и своих детей. Потому что поколение, которое пришло из прошлого, иначе смотрит на власть. Я не могу ответить однозначно, что сегодня наша власть отражает украинский народ. Да, отражает, но не на 100%, потому что люди обмануты. Они еще не умеют избирать власть. Вот когда они научатся, тогда мы сможем сказать на 100%, что власть – зеркало народа.

Леонид КРАВЧУК.

Президент України 1994-2005

Интересно представить себе, как наши соображения о будущем Украины будут читать лет через 20. Мне, например, не хочется, чтобы обо мне сказали: «Все он понимал, а почему-то темнил, ходил вокруг да около. Чего было бояться на старости лет»? Конечно, кое-что говорить как на духу еще трудновато. Побаиваюсь не за себя, а за молодого читателя: не нагнать бы на него тоску. Еще труднее отвлечься от политической злободневности. Все время вмешивается слово «если». Если, к примеру, будут продолжаться нынешние конституционные игры, прогноз один. Если прекратятся – другой. Сегодня наш парламент не в состоянии родить нормальную, работающую Конституцию. Любой вариант будет помечен цветом той или иной политической силы. Вспомним 1996 год – сколько потребовалось усилий со стороны президента, чтобы конституционный процесс направить в конструктивное русло?

Или взять конституционные перипетии 2004 года. Один видел себя президентом, другой – премьером, третий – спикером. И каждый со своей командой тянул будущую Конституцию на себя. Вот и получилось в итоге – у премьера вроде бы вся исполнительная власть, а губернаторов назначает президент. Нонсенс! Но и этого оказалось мало. Конституцию переписали фактически еще раз – через новый закон о Кабинете министров: нонсенс № 2. Конституция с партийной окраской всегда будет предметом политической борьбы. Любая политическая сила, победив на очередных выборах, первым делом будет пытаться закрепить свою победу переписыванием Конституции. Это недопустимо, порядка в стране не будет. О каком будущем в подобной ситуации может идти речь?

Меня особенно беспокоят сложности, с которыми столкнулось общество в последние годы. Они порождены не только и даже не столько трудностями экономики. В «реформаторских» действиях власти не видно конструктивной логики, стратегии. Это порождает опасные разочарования, люди теряют уверенность в себе и все меньше доверяют государству. Отсюда – и углубляющиеся политические противостояния.

В последнее время мы постоянно оглядываемся назад, пытаемся самоутверждаться не в заботах сегодняшнего дня и не в поисках пути вперед, а в переживаниях дня вчерашнего. Забываем, что именно прошлое очень часто разъединяло нас. Позади у нас многовековая безгосударственность. Политики не учитывают эту опасную национальную наследственность. Украина уже вполне независимое государство, но как украинская политическая нация мы еще не состоялись. Дееспособность нашего государства будет во многом определяться этим. И тут не должно быть иллюзий. Непоследовательность украинской национально-демократической элиты может испортить все дело. В становлении нашей независимости огромную роль сыграл «Народный Рух Украины». И во что он превратился? В десяток конкурирующих друг с другом «партий». Налицо – опасный кризис украинского национального движения. И этот кризис углубляется. Чем его объяснить? В последние годы сформировался наиболее политизированный и идеологизированный за всю историю нашей независимости управленческий класс. И он расколот почти до открытой враждебности! Как целое он пока просто не в состоянии осознать всю сложность проблем развития нашей государственности.

Я имею в виду, в первую очередь, проблему «Восток – Запад». Она не придумана кем-то из недругов нашего государства. Она связана с нашей историей. Цивилизационный раскол – суровая реальность. Мы, по сути, находимся на границе двух миров, двух культур, тяготеющих в разные стороны. Украина – не единственное такое государство в мире, но она относится к числу наиболее проблемных из них. Естественно, что речь не идет о роковой обреченности. В мире много стран, которым удается спокойно развиваться в подобной ситуации. В свое время и нам удавалось находить конструктивные решения. Сейчас же события развиваются далеко не по лучшему сценарию. В таких условиях трудно демонстрировать оптимизм в прогнозах.

Ключевой тут является проблема отношений с Россией. Не стану утверждать, что нынешний режим сделал уже все, чтобы будущее Украины было безрадостным. Но многое ему, к сожалению, удалось. Особенно он продвинулся в разрушении российско-украинских связей. Разговоры о «пророссийской» ориентации Украины в годы моего президентства ни на чем не основаны. Евроинтеграционная стратегия вызрела при мне. Это был естественный результат нашей независимости. В 2002 году не кто иной, как я представил Верховной Раде программу «Европейский выбор». Но этот выбор при мне не противопоставлялся отношениям с Россией. Все изменилось в последние годы. «Оранжевые» начали доказывать свою приверженность западным ценностям нападками на Россию, отчуждением от нее. Это – вместо того, чтобы взвешенно и упорно преследовать в отношениях с нею собственные национальные интересы. Разве наши отношения с той же Польшей наполнены иным содержанием? Разве не ясно, что эффективной может быть лишь та политика, которая не уменьшает, а увеличивает число друзей?

Не знаю, как им, «оранжевым», втолковать, что от наших успехов на российском направлении зависит и реализация евроинтеграционной стратегии, что Украина, отгороженная «берлинской стеной» от России, существенно потеряет в своем геополитическом весе. Боюсь, что так и произойдет.

В настоящее время экономика Украины развивается, в общем, стихийно. Сколько-нибудь осмысленной государственной политики не существует. Власть живет одним днем: после нас – хоть потоп. Это не может продолжаться безнаказанно. При такой ситуации экономика уже в ближайшие годы начнет деградировать. Прогрессирующее снижение рентабельности производства при фронтальном росте цен – доказательство этому. Падение жизненного уровня… Смирится ли с такой участью украинский народ? Существуют ли сегодня реальные политические силы, способные обеспечить глубокие перемены? У меня нет твердых ответов на эти вопросы.

В свое время мы создали достаточно прочную основу рыночных преобразований. Способны ли мои преемники реально углубить их? Новую ситуацию создало наше вступление в ВТО. В связи с этим неизбежна принципиальная структурная перестройка производственного потенциала страны, его глобальная специализация. Хотим мы этого или нет, но придется все больше ориентироваться на мировой рынок. Украина может стать жертвой слишком стихийного хода событий. Говоря прямо и жестко, нам грозит латиноамериканизация, участь сырьевого придатка, роль обслуги при постиндустриальном центре. Упредить такой структурный перекос можно только осознанной государственной политикой.

Большая ошибка – думать, что иностранные инвестиции, на которые мы, вполне естественно, рассчитываем, всегда будут идти туда, где дешевая рабочая сила. Это лишь частично отвечает истине. Речь ведь не о высоких технологиях, интересующих нас в первую очередь, а, в основном, об отраслях массового индустриального производства, где, кстати, нам не тягаться с Китаем, Индией, Бразилией и рядом других стран, рынки которых перенасыщены трудовым потенциалом. Нам надо учитывать, что основными стимулами для мирового капитала в ближайшие десятилетия станут не дешевизна и безропотность рабочей силы в той или иной стране. Капитал устремится туда, где есть высококвалифицированная рабочая сила, где хорошая производственно-информационная инфраструктура, где как следует защищена частная собственность, где законы и порядки приемлемы для бизнеса.

Скажу без ложной скромности: я понимал это всегда. Я делал все, чтобы не только сохранить, но и модернизировать машиностроительный комплекс. Сейчас это лидер украинской экономики. У нас здесь принципиальные преимущества перед Россией! Да, «многовекторный», «пророссийский» и какой там еще Кучма постарался, чтобы Украина обошла Россию на самой важной дистанции. Достаточно посмотреть на динамику нашего экспорта, чтобы убедиться в этом. Но сможем ли мы сохранить и развить достигнутое, пребывая в ВТО? Необходима серьезная государственная программа, стимулирующая конкурентоспособность отечественного машиностроения, прежде всего его высокотехнологические отрасли – авиапромышленность, ракетно-космическое производство, судостроение, энергетическое машиностроение, не утратившие свою значимость предприятия ВПК. Речь идет об активной стимулирующей технологические новации промышленной политике. Сейчас об этом никто из власть имущих даже не упоминает. Только разговоры об «авторитарном» прошлом, об успехах «демократии». До дела не доходят даже на словах. А ведь укрепление технологического потенциала – это инвестиции в будущее, они невозможны без конструктивного участия государства. Кому это непонятно? Посмотрите, как нарастают глобальные дисбалансы. В таких условиях усиление государственных начал в регулировании экономических процессов становится общепринятой в мировой практике нормой.

Обостряется глобальная продовольственная проблема. Нашу страну Бог наделил уникальными возможностями. Мы в состоянии занять заметное место в аграрном сегменте мировой экономики. Думаю, что наше сельское хозяйство может стать наиболее привлекательным и для иностранного капитала. Но опять же: необходима действенная экономическая политика. Мы же остановились на полпути и все время оглядываемся назад. Туда, где нет эффективного рынка земли, серьезный капитал не пойдет. Посмотрите, что происходит: лучшие украинские земли уже давно «прикарманили» латифундисты, в том числе иностранные. Все делается в тени, без мысли о будущем, без социальных инвестиций.

Будущее украинского села я связываю с высокоэффективным фермерством. К этому существуют весомые предпосылки. Украина – это не только богатые черноземы, но и хлеборобские навыки. Мне рассказывали руководители Канады, что интенсивным развитием АПК страна во многом обязана украинским поселенцам. Об этом же говорили и аргентинцы. При мне были хорошие наработки, касающиеся развития украинского фермерства, радикального обновления производственного потенциала АПК. Все это предано забвению. Аграрная политика – наиболее сложная сфера экономических преобразований. Здесь особо важны последовательность решений, их комплексность. Пустыми лозунгами проблемы не решаются. Я это очень хорошо знаю.

Трудно сказать, какой будет социальная политика. Я понимаю остроту проблемы бедности, переживаю по этому поводу. Но проблема бедности в принципе не может быть решена государственным патернализмом и благотворительностью. Скажу больше – нынешняя «княжеская благотворительность» за счет бюджета – это не только основа политической коррупции. Реально ослабляется экономический потенциал страны. Подачки, в конечном счете, не сужают, а наоборот – расширяют масштабы бедности. Грамотная и ответственная социальная политика должна стимулировать рост производительности труда, инвестиций в образование, в развитие человеческого капитала, в укрепление интеллектуального потенциала страны. Преодоление бедности возможно только на основе расширения позиций среднего класса. Этот класс не возникает под воздействием рынка сам по себе. Он формируется в результате продуманной государственной политики. И это не импровизация Кучмы. Это мировой опыт. Бедность в Китае преодолевается стимулированием личных сбережений. Лозунг Дэн Сяопина «Быть богатым – почетно» стал основой этой политики. В Индии бедность преодолевается активной образовательной политикой. Мы же плетемся в хвосте мировой практики.

Хочется быть оптимистом. Хочется верить в перспективы нашего государства. Сложности государственного строительства и развития экономики– это во многом сложности нашего становления, нашего роста. Нам исполняется семнадцать. Для человека это начало зрелости. У государства ритмы иные, но я вижу принципиально значимое в следующем: наиболее дееспособная часть населения будет складываться за счет граждан страны, родившихся и сформировавшихся как личности в годы независимости. Мне это представляется очень важным. С этим я связываю и наши перспективы.

Леонид КУЧМА.

Президент Украины с 2005

Наше майбутнє є однією з життєво важливих тем уже сьогоднішнього дня України. Можливо, для нас це питання стоїть навіть дещо гостріше, ніж для багатьох інших держав і народів.

Нашому суспільству слід частіше говорити й думати про своє реальне майбутнє, нам треба розігнати імлу сумнівів і вагань. Ми повинні чітко визначити свою мету, вирішити, якими хочемо стати, де ми хочемо бути, що конкретно для цього належить зробити. Нам треба об’єднатися навколо спільних цілей і взятися до праці вже зараз.

У читача відразу виникає запитання: чи має президент Ющенко своє бачення завтрашнього дня України, чи знає він шляхи до нього?

Моя відповідь однозначна: маю і знаю. Саме впевненість у тому, що я можу прислужитися своїй державі й народові, допомогти їм знайти своє майбуття, спонукали мене балотуватися в президенти, для цього разом з сотнями тисяч співгромадян я вийшов на Майдан Незалежності.

Спробую кількома штрихами окреслити ту майбутню Україну, заради якої я живу.

Я бачу Україну демократичною державою, де панує право, свобода й справедливість, де досягнуто соціальної злагоди і стабільності, де кожен має можливості для самореалізації.

Я бачу нашу державу єдиною, соборною і захищеною, включеною в міжнародну систему безпеки.

Я бачу її заможною країною з високорозвинутою ринковою економікою, рівень життя, освіти й науки в якій відповідає найвищим світовим стандартам.

Я бачу Україну, в якій живе консолідована українська політична нація.

Я бачу нашу країну повноправним членом Європейського Союзу, шанованою і впливовою серед передових держав світу.

І ще одне. Я хочу, щоб Україна була не просто заможною і задоволеною. Я хочу, щоб вона була активною, живою, творчою, щоб вона збагачувала світ своїми ідеями, культурою, досягненнями в науці й техніці.

Тепер про основне – про шляхи досягнення мети, про головні завдання й проблеми, які належить розв’язати.

Зайве говорити, що кожен з нас хотів би, щоб майбутнє України було щасливим. Інша річ, що щастя важко досягти, якщо не вірити в своє призначення, у свої сили й здатність досягти мети.

Останні соціологічні опитування свідчать, що в Україні найвищий рівень песимізму на пострадянських теренах. Так, незадоволених своїм життям у нас виявилося 62% опитаних, тимчасом як в Росії — 41%,  в Казахстані — 26%, а в Узбекистані — 22%.

Я не сказав би, що стан справ в Україні справді настільки гірший. Швидше йдеться про психологічні особливості нашого суспільства.

На жаль, звичка недооцінювати себе притаманна нашому менталітетові. Можливо, так сталося через те, що ми століттями були в колоніальному стані. Комплекс меншовартості розвивався у нас і в радянські часи: ізольований на одній шостій суші від усього світу, народ відчував, що справжнє, вільне й заможне життя відбувається десь інде.

Але ж, дорогі співвітчизники, ми вже давно не колонія і не радянська резервація. Переконаний, нам саме час відкинути кріпацьку психологію й замінити її на сповнену енергії могутню козацьку ментальність. Це ментальність активна й дієва, вона ґрунтується на почутті власної гідності й націлена в майбутнє.

Згоден, що затяжна політична колотнеча в українському політикумі викликає в багатьох громадян роздратування й розчарування, затуманює бачення перспективи. Але й на цю колотнечу, хоч вона й спричиняє нестабільність у країні, пропоную дивитися з оптимістичної точки зору.

Як відомо, стабільність у державі досягається двома протилежними методами – диктатурою або демократією.

Стабільність при диктатурі – це стабільність мертвого болота. Така стабільність, як ми знаємо з історії, оплачується безліччю невинних жертв, а закінчується крахом усієї системи.

Шлях демократії на перший погляд може здатися суперечливим і навіть сумбурним.  Але це завжди рух уперед, це ознака живого життя й свободи, яка має привести до перемоги. Годі й уявити дискусії, подібні до наших, при радянському режимі чи навіть за часів авторитаризму Леоніда Кучми.

Певен, що ми повинні разом пройти дорогою чесної боротьби поглядів, щоб дійти згоди, віднайти істину й урешті зробити нашу державу стабільною і функціональною.

Майже 17 років тому у спадок від тоталітарної системи ми отримали анахронічну й деструктивну по своїй суті управлінську систему. Зараз іде болісний, але життєво необхідний процес побудови нової, збалансованої системи влади.

Переконаний, що й у політикумі, й у суспільстві є чітке розуміння того, що нинішня політична нестабільність була спровокована непродуманими кулуарними конституційними змінами 2004 року.

Саме тому я ініціював процес оновлення Конституції України. Я гарантую, що удосконалений Основний закон буде зроблений не під якусь окрему політичну силу чи особу. Нова Конституція, ухвалена найдемократичнішим шляхом, має закласти міцні  й надійні підвалини розвитку суспільства й визначити оптимальне функціонування держави  на багато років уперед.

Упевнений, ми досягнемо успіху й утвердимо принципи нашої демократії. Моя віра і  мій оптимізм ґрунтуються на об’єктивному аналізові розвитку нашого суспільства.

Події 2004 року довели, що українська нація вже сформувала зріле суспільство. На Майдані стояв не натовп і не так звані «народні маси», на Майдан вийшли сповнені власної гідності індивідуальності, свідомі своєї відповідальності за долю Батьківщини. Вірю, що після того, як народ пересвідчився у власній здатності дати відсіч диктатурі й самому визначати своє майбуття, наше суспільство набуло нової якості і наш рух до демократії став незворотним.

З гордістю можу сказати, що така принципова й рішуча реакція народу на спробу узурпації влади колишніми можновладцями виявилася несподіванкою як для них самих, так і для багатьох істориків та аналітиків. Для мене ж вона була закономірною. Я знаю, що дух волелюбства і честі закладений в ментальність українця ще з козацьких часів.

Однак,  волелюбність і розвинута демократія – це не зовсім одне й те саме. І тут нам усім необхідно ще багато й наполегливо вчитися. Демократія – це не тільки п’янкий дух свободи, це чітке знання власних прав і виконання обов’язків, це повага до закону, готовність відстоювати як свої громадянські права, так і гідність свого народу.  Демократичну державу творить не тільки і, можливо, не стільки відповідна система влади – її творить громадянське суспільство, принципова позиція кожного з нас.

На цьому я хочу зробити особливий наголос. Закликаю кожного українця вчитися демократії. У цьому запорука достойного прийдешнього України.

Жодна держава не має гідного майбутнього без економічної могутності. У 90-х роках ми пережили глибоку економічну кризу, яка призвела до стрімкого зубожіння більшості населення. Проте нині вже всім стало ясно, що ми поступово, але послідовно відроджуємося як значна економічна потуга, що ми маємо величезний потенціал для подальшого розвитку.

Ми стали членом Світової організації торгівлі, на черзі – створення зони вільної торгівлі з Європейським Союзом. Завдання держави – продовжити ринкові реформи, привести законодавчу базу у відповідність до європейських стандартів. Кардинальною потребою є викорінення корупції, яка гальмує наш розвиток, руйнує мораль і спотворює  психологію суспільства.

Нам належить відповісти на виклики глобалізованого постіндустріального світу. Обов’язковою умовою нашого економічного зростання є терміновий та системний перехід до економіки інформації та технологій. Основою нашого розвитку мають стати наука й освіта. Чим швидше піде цей процес, тим вищі у нас шанси не пасти задніх.

Особливо важливі завдання стоять перед нами в гуманітарній сфері. Сотні років ми не мали державності, нас намагалися знівелювати, асимілювати, розчинити, нас знищували фізично. Але ми вижили, вистояли і відродили державність.

Разом із тим маймо сміливість визнати – рани, заподіювані протягом століть, ще далеко не заліковані. Ми мусимо спокійно, але послідовно й упевнено працювати над тим, щоб стати повноцінною сучасною нацією.

Нам належить відродити повною мірою нашу українськість, зміцнити національну ідентичність, відновити нашу справжню історію, створити повнокровне і єдине українське культурно-інформаційне поле. Українська мова має посісти в суспільстві такі ж позиції, які має польська в Польщі, чеська в Чехії, німецька в Німеччині.

На жаль, далеко не всі в Україні усвідомлюють, що патріотизм має не лише ідеологічне чи моральне значення. У сучасному світі він є реальною продуктивною силою.

Людина, яка не знає, хто вона, чи ідентифікує себе з кимось іншим, може викликати інтерес хіба що в психіатрів. Так само й нація з розмитою самосвідомістю не має шансів на успіх у колі інших народів.

Спільна мова, історична пам'ять, національні символи і коди створюють у народу відчуття спільності долі, породжують солідарність, мобілізують його на досягнення поставлених цілей, а отже, зміцнюють конкурентоспроможність країни у світі.

Виразна українськість, таким чином, не відділятиме нас від решти, а навпаки, посилить наші шанси посісти помітне місце в об’єднаній Європі й у світі.

Сподіваюся, мені вдалося довести, що патріотизм вашого президента – це не лише ідеалізм інтелігента, це великою мірою й розрахунок грамотного банкіра.

Логічним та природним завершенням перехідного етапу розвитку України після здобуття незалежності я бачу входження нашої держави до Європейського Союзу. Для нас Європа – це не просто континент і не просто високі економічні показники. Європа – це демократія, це свобода і право. Європа – це те середовище, до якого ми належимо за своєю ментальністю, історичною долею, культурними й моральними цінностями, християнською традицією. Тобто це те природне й органічне середовище, де Україна зможе найповніше себе реалізувати. Упевнений, що об’єднання Європи не може бути завершеним без України.

Наприкінці знову хочу закликати українців до оптимізму. На перший погляд, дитина вранці прокидається такою ж, якою лягла спати ввечері. Насправді ж вона росте й розвивається. Варто лише дістати її фотографію річної давності.

Погляньмо на фотографії України 1978, 1988, 1998 та нинішнього 2008 років. Ми побачимо, що кожного разу це вже абсолютно інша країна. І щоразу вона постає дедалі демократичнішою, розвинутішою й могутнішою.

Давайте разом спроектуємо цей відлік у майбутнє, давайте зробимо це майбутнє реальністю. Для цього нам потрібні віра, солідарність і спільна наполеглива робота. 

Виктор ЮЩЕНКО.

«Профиль» №31, 2008. 

На світлині: Майдан Незалежності.