Друк
Розділ: Український клуб (Ростов-на-Дону)
Лейтенант Олексій Берест

Об Алексее Бересте: водрузивший над рейхстагом Знамя Победы, он был вычеркнут из списка героев, прошел сталинские лагеря, погиб, спасая девочку, и до сих пор не получил заслуженной награды

"Временный полковник"

Знамени Победы советское командование придавало особое значение. Лозунг о водружении Знамени Победы над Берлином был выдвинут Сталиным в докладе на торжественном заседании Моссовета 6 ноября 1944 года, посвященном 27 годовщине Октябрьской революции: "Теперь за Красной Армией остается ее последняя заключительная миссия: довершить вместе с армиями наших союзников дело разгрома немецко-фашистской армии, добить зверя в его собственном логове и водрузить над Берлином Знамя Победы".

Заметим: речь шла именно об официально утвержденном стяге, а не просто о любом флаге, который будет вывешен на куполе рейхстага первым.

Победных знамен было девять. Их сшили по приказу командующего 3-й Ударной армии генерал-полковника Василия Кузнецова в армейском доме Красной Армии как точные копии государственного флага СССР. Древки венчались металлическими наконечниками от оконных гардин. В ночь на 22 апреля флаги были вручены от имени Военного совета армий представителям стрелковых дивизий. Флаг N5, которому впоследствии суждено было стать Знаменем Победы, получила 150-я стрелковая дивизия генерал-майора Василия Шатилова, части которой оказались на острие штурма здания рейхстага.

Этот момент многие из нас помнят по кадрам фронтовой кинохроники: группа солдат взбегает по ступеням рейхстага, затем двое из них закрепляют трепещущее знамя на фронтоне... Однако эти кадры – постановочные и не имеют ничего общего с действительностью. Они были отсняты фронтовыми операторами днем 2 мая 1945 года, когда все бои уже отгремели.

То же самое можно сказать и о знаменитом снимке Евгения Халдея, где два бойца устанавливают знамя на куполе германского парламента. По воспоминаниям самого Халдея, снимок этот тоже постановочный и сделан 2 мая 1945 года. "Самопальное" Знамя Победы фотограф привез в Берлин с собой из Москвы, где на заказ портной Израиль Кишицер сшил три флага из красных скатертей, а серп, молот и звезду Халдей вырезал сам из белой ткани. Позировал фотомастеру киевлянин Алексей Ковалев, которому помогали старшина Абдулхаким Исмаилов из Дагестана и минчанин Леонид Горычев.

Впрочем, каждому школьнику известно, что Знамя Победы над поверженным рейхстагом водрузили сержант Михаил Егоров и младший сержант Мелитон Кантария. На самом деле, и это не совсем так. И дело даже не в том, что до них на рейхстаг взбирались другие бойцы и вывешивали свои знамена. По воспоминаниям фотографа Бориса Шейнина, умудрились водрузить даже… полосатый матрац! Но мы все же говорим о подлинном Знамени Победы. Неточность же – если это можно назвать неточностью – состоит в том, что на самом деле героев, водружавших победное знамя, было трое. Возглавлял группу лейтенант Алексей Берест...

Случилось это уже ночью 30 апреля. Именно к этому времени гитлеровцев, защищавших рейхстаг, удалось загнать в подвалы здания и на верхние этажи. Около 22:00 советские бойцы оказались внутри парламента. Перенес сюда свой командный пункт комбат капитан Степан Неустроев. А около полуночи и комполка Федор Зинченко.

Первым его вопросом к комбату был: "Где знамя?". Неустроев доложил, что группа бойцов под руководством капитана Макова в 22:40 водрузила красное полотнище на крыше, прикрепив его к скульптурной группе "Богиня Победы"…

"Где знамя Военного совета под номером пять?" – резко перебил комбата командир полка. Оказалось, что знамя осталось в штабе полка. Именно оттуда его и принесли два бойца разведроты – Егоров и Кантария. Зинченко приказал им срочно взбираться на купол и водрузить Знамя Победы. Однако не прошло и получаса, как разведчики вернулись и растерянно сообщили, что не могут найти выход на крышу в темноте, а фонарика у них нет.

И тогда Неустроев обратился к замполиту батальона Алексею Бересту: "Проведи их!". Берест приказал командиру отделения Щербине отобрать десяток автоматчиков и под их прикрытием повел разведчиков наверх. Через некоторое время там застрочили автоматы, раздались взрывы гранат.

"При поддержке огнем мы стали подниматься по винтовой лестнице, - писал Алексей Берест в начале 60-х в редакцию "Комсомольской правды" (письмо не было опубликовано). - Вследствие артиллерийских обстрелов оказалось, что лестница в отдельных местах была разрушена, которое препятствие нам удалось миновать путем образования живой лестницы: становился я, на меня – товарищ Кантария, а на нас – товарищ Егоров. И в 22:50 наше советское Знамя Победы заколыхалось на фронтоне рейхстага".

Берест от начала и до конца руководил водружением Знамени Победы. Он был здоровяк, поэтому можно сказать, что всю операцию вынес на собственных плечах. Помогал он и устанавливать знамя на бронзовой конной скульптуре на фронтоне главного подъезда – там же, где перед этим побывала группа капитана Макова.

А ночью гитлеровцы предприняли контратаку с использованием фаустпатронов. Внутри рейхстага заполыхал пожар, снаружи выскакивавших советских солдат плотным огнем косили фашисты. Батальон оказался буквально в "каменном мешке". В конце концов, немцев снова загнали в подвал, а Неустроев тут же уснул на кожаном диване.

Однако сопротивление в рейхстаге продолжалось. Здание обороняли отборные части СС. В четыре часа утра 1 мая Береста разбудил комроты Сьянов и передал, что немцы выбросили белый флаг и согласились вести переговоры – но с офицером не ниже полковника. В рейхстаге самым высшим из советских военных чинов на тот момент был комбат капитан Степан Неустроев – сухощавый и невысокий. Как вспоминал сам комбат, он побоялся, что при такой комплекции и росте немцы просто не поверят, что перед ними – полковник советской армии. К тому же комбат еще и заикался после контузии. Решили, что эту роль сыграет лейтенант Алексей Берест – парень крепкий, здоровый, живое воплощение "русского Ивана". На всех надели телогрейки без опознавательных знаков, и Неустроев пошел с Берестом (тот единственный был в новой кожаной куртке) в качестве "адъютанта".

Немецкий оберст провел их к генералу, и тот заявил, что русские танки отбиты, рейхстаг окружен германскими частями и потому он предлагает советским бойцам сдаться. "Я в ультимативной форме обратил внимание, что данная беседа происходит не в Москве, а в Берлине, и я не затем пришел в Берлин, чтобы сдаваться, - вспоминал позже Берест (по другим воспоминаниям, лейтенант добавил несколько крепких непечатных выражений). - Когда мы уже выбрались в вестибюль, эсэсовский офицер, сопровождавший нас, выстрелил мне в спину, но промазал. Я, рывком развернувшись, разрядил свой пистолет, и тотчас же вспыхнула стрельба".

Берест выпустил обоймы из двух пистолетов и стоял за статуей кайзера Вильгельма фактически безоружный, когда кто-то из эсэсовцев выстрелил в него из фаустпатрона, но попал в кайзера. И тут же на Береста бросились двое немцев. Лейтенант схватил отлетевшую металлическую руку статуи и наотмашь врезал ею по голове одного из нападавших. Тот грохнулся на пол. Второй сзади схватил Береста за горло. В это время на помощь Бересту подскочил солдат с гранатой, но, промахнувшись, вместо гитлеровца стукнул по спине лейтенанта. Граната выскочила и волчком завертелась по полу. "Я мгновенно оторвал от себя цепкие руки врага, чуть приподнял его и бросил на гранату. Она взорвалась и разнесла его, и осколком ранила меня в ноги. Бойцы перенесли меня в комнату, наскоро перевязали и ушли. Я зарядил пистолет и снова вступил в бой"...

Злой гений маршала Жукова

В мае 1946 года был опубликован указ Президиума Верховного Совета СССР "О присвоении звания Героя Советского Союза офицерскому и сержантскому составу Вооруженных сил СССР, водрузившему Знамя Победы над рейхстагом". Награждены были пятеро: капитан Василий Давыдов, сержант Михаил Егоров, младший сержант Мелитон Кантария, капитан Степан Неустроев и старший лейтенант Константин Самсонов. Береста в списке не оказалось.

Значительно позже, уже в 70-е, Степан Неустроев через Музей Вооруженных сил разыскал одного из крупных военных, участвовавших в составлении указа. Посидели на даче, выпили коньячку... "Как так, говорю, обидно, - почему Бересту отказали? А он говорит: это Жуков виноват. Если б вы в реляцию вписали, что замкомбата – и не добавили "по политчасти" - он бы прошел". Суров был маршал к политработникам. И не всегда справедлив.

Впрочем, есть и другое мнение. "Дело вовсе не в Жукове, - рассказал Interfax-Russia.ru донской писатель Игорь Бондаренко. – Алексей Прокопьевич рассказывал мне лично, за что пострадал. Ведь я первым написал о нем очерк в журнале "Дон" в июне 1961 года. Выпили мы, как два фронтовика, и он поведал, что действительно причиной оказалась его должность. Просто по пути к рейхстагу бойцам батальона Неустроева попалось японское посольство. Ну кто там в бою будет разбираться, посольство оно или не посольство, болтается там флаг или нет? Вышибли гранатой дверь, ворвались… А в Москву нота. Оттуда приказ – "Наказать виновных". Кто отвечает за морально-политическое состояние бойцов? Замполит... Береста к тому времени представили уже к Герою, я сам видел это представление. Против фамилии "Берест" стояло "Хватит ему "Красного знамени".

Трудно сегодня сказать, что же сыграло в действительности зловещую роль в судьбе Алексея Береста. Точно известно одно: о его роли в водружении Знамени Победы знали все ответственные лица. В архивах Минобороны хранится и до сих пор злополучный документ, где Берест представлен к званию Героя Советского Союза – и вычеркнут. В "Боевой характеристике знамени военного совета 3-ой ударной армии, водруженного над рейхстагом" ясно написано: "30 апреля бойцы роты старшего сержанта Сьянова с боями пробрались по лестнице на крышу здания и достигли купола рейхстага. Отважные воины – коммунист лейтенант Берест, комсомолец сержант Егоров и беспартийный младший сержант Кантария установили знамя над зданием германского парламента, взвился гордый флаг Советского Союза – символ нашей великой Победы".

К слову сказать, замполитом Берест стал лишь в конце войны, когда погиб прежний замполит в батальоне Неустроева. Как говорит тот же Бондаренко со слов самого Береста, лейтенанта вызвал комбат и попросил: "Лешка, будь моим политруком, а то пришлют какого-нибудь… чудака. А с начальством я договорюсь". Вот и договорился…

А вот то, что Жуков сыграл недобрую роль в другом эпизоде, касающемся знамени N5 – это факт. В первом Параде Победы красный штандарт, развевавшийся над рейхстагом, не участвовал. Хотя первоначально он должен был открывать марш. Однако во время генеральной репетиции на Красной Площади комбат Неустроев (пять раз раненый, причем дважды – в ноги) сбился с шага перед самой трибуной Мавзолея, и маршал лично отменил вынос Знамени Победы. Но Степан Неустроев хотя бы был на самом параде. О Бересте даже не вспомнили. Как не вспомнили и 20 лет спустя, 9 мая 1965 года, когда Знамя Победы впервые появилось на параде. Но пронес его полковник Самсонов, который непосредственно не участвовал в водружении Знамени на рейхстаг, но получил за это звание Героя. Алексей Береста даже не пригласили на этот парад...

"Ни перед кем не стану на колени"

После окончания боевых действий в Германии лейтенант Берест находит себе жену – медсестру Людмилу. Отслужив в Германии, затем в Севастополе, супруги едут на родину жены, в Ростовскую область. Здесь Берест уходит на "гражданку", где работает в Неклиновском районе начальником отдела кинофикации.

Впрочем, проработал он здесь совсем немного. Вскоре нагрянул с проверкой ревизор. "Дальше – знакомая до боли история, - рассказывает Игорь Бондаренко.- Ревизор пришел к Бересту в кабинет: у Вас там, Алексей Прокопьевич, есть нарушения финансовой дисциплины, но мы можем договориться... Вот тогда Берест его и выкинул в окошко вместе со стулом. Ах ты, гад! Мы там кровь проливали, а вы тут взятки берете... Ревизор "при исполнении служебных обязанностей", свидетели, конечно. Тут уже его из партии и в лагерь".

Свидетели подтвердили на суде непричастность Береста к недостаче: оказалось, кассир уже дважды была уличена в мошенничестве, но находилась под "крылом" районного прокурора. И все же 14 апреля 1953 года районный суд приговорил Береста "за хищение" к 10 годам заключения. Правда, осужденный тут же попал под так называемую "ворошиловскую" амнистию от 27 марта 1953 года по случаю смерти Сталина, и срок был сокращен вдвое. Но Берест все же отправился в пермские лагеря.

В лагерях Берест остался таким же, как был. Он не стал просить о помиловании. Жене писал в письме: "Проси от себя. Мне нельзя: я себя виноватым не признаю… Значит, мне судилось просидеть в этом аду и побывать в этом уголовном мире… Я ни перед кем на коленях не стоял и никогда не стану". Домой Берест вернулся через 2 года и 7 месяцев.

Только лет через двадцать жена нашла того следователя, и он признался, что на него давили сверху – "или он сядет, или ты вылетишь с работы". По мнению Людмилы Берест, ее мужу не простили того, что он постоянно "докучал" высшему военному руководству, требуя восстановить справедливость и присвоить ему Героя... Вот кому-то наверху и не нравилось упорство "зарвавшегося" провинциального "киношника".

Смерть самых лучших выбирает...

Новую жизнь Алексей Берест начал в Ростове-на-Дону, куда переехал с семьей – женой и двумя детьми. Пошел в простые рабочие на завод "Ростсельмаш". Вкалывал в самом тяжелом цехе – сталелитейном. Вскоре стал бригадиром. Был добрым здоровяком, любившим становиться на четвереньки и катать на своей широкой спине до полудюжины малышей. Держал дома ворону с перебитым крылом. В общем, с виду – ничего героического.

Но впереди ему предстояло совершить новый подвиг – в мирное время. 3 сентября 1970 года (ред. - в установленный Сталиным в 1945 г. день Праздника Победы во Второй мировой войне) Берест проснулся утром веселый, бодрый, полный сил. Тщательно побрился и даже сходил в парикмахерскую. В конце дня зашел в детсад за пятилетним внуком Алешей и повел его домой. Впереди торопилась куда-то женщина, держа за руку маленькую девочку. Неожиданно при переходе через железнодорожные пути девочка вырвалась и побежала вперед. В это время вылетел скорый пассажирский поезд. Ребенок оцепенел от ужаса. И тогда Берест, отпустив внука, бросился на пути. Он вытолкнул малышку из-под колес состава, но сам отскочить не успел...

Его отбросило на перрон. Берест еще попытался приподняться, позвал внука: "Алеша…". Это было последнее слово, которое он произнес. Алексей Берест ушел из жизни в 49 лет.

Дважды забытый

До самой смерти Алексея Береста его имя находилось под негласным запретом. Фактически нельзя было о нем упоминать даже тем, кто получил за Знамя Победы звезду Героя Советского Союза. Фильм ростовского режиссера Романа Ройзенблита "Знамя Победы" так и не увидел свет. А ведь там и комдив Василий Шатилов, и комполка Федор Зинченко, и комбат Степан Неустроев, и комроты Илья Сьянов, и сам Мелитон Кантария наконец-то прямо назвали руководителем операции по водружению победного знамени на рейхстаг Алексея Береста. Позже некоторые из них то же самое повторили и в своих мемуарах.

"В 1961 году после публикации моего первого очерка о Бересте редколлегия журнала "Дон" послала этот номер Малиновскому, министру обороны с ходатайством о присвоении звания Бересту Героя Советского Союза, - рассказал Interfax-Russia.ru писатель Игорь Бондаренко.- Но меня вскоре вызвали в административный отдел обкома и сказали, что Берест за взятие рейхстага Берест награжден орденом Красного Знамени, а за один подвиг две награды не полагается. Я полвека добивался, чтобы ему дали Героя. В фильм "Освобождение" по моей просьбе Юрий Бондарев вставил эпизод с Берестом. Но все бесполезно".

Историческую справедливость пытался восстановить не только Бондаренко. Многие выдающиеся люди обращались и к Ворошилову, и к Хрущеву, и к Брежневу. Ответ был один – не положено дважды награждать за один подвиг! Но, во-первых, из всякого правила есть свои исключения. Во-вторых, случаев подобных награждений более чем достаточно. Уже не говоря о том, незабвенный Леонид Ильич вообще каким-то непостижимым образом оказался… четырежды Героем Советского Союза!

Любопытно, что подводнику Александру Маринеско звезду Героя дали через полвека после окончания войны…

Увы, скорее всего, дело не столько в "невозможности" награждения Алексея Береста, сколько в постоянных политических играх, заложником которых он оказался после смерти.

На самом деле Бересту все-таки было присвоено звание Героя Советского Союза. Случилось это перед Днем Победы 6 мая 1998 года. Однако указ о награждении подписала Сажи Умалатова – от имени самопровозглашенного постоянного президиума Съезда народных депутатов СССР, образованного в сентябре 1991 года после упразднения Верховного Совета СССР. Естественно, после этого шага ярой оппозиционерки президент России Борис Ельцин "закрыл" эту тему на весь период своего правления.

В 2000 году, в период, когда Ельцин уже не был президентом России, а Путин – еще не стал, вроде бы блеснул луч надежды. В главном управлении кадров Минобороны России ростовчанам обещали "в порядке исключения" содействие в присвоении звания Героя Советского Союза своему земляку. "Учитывая общественно-политическую значимость подвига Береста, многочисленные публикации в периодической печати, неоднократные обращения коллективов предприятий и организаций, ветеранов Великой Отечественной войны с просьбами о восстановлении объективности и справедливости в оценке его подвига в штурме рейхстага".

Увы, в октябре 2003 года управление президента РФ по государственным наградам отказало в ходатайстве, поскольку для него не имеется "правовых оснований".

Между тем 6 мая 2005 года у тогдашнего президента Украины такие правовые основания нашлись. Учитывая, что Алексей Берест – уроженец села Горяйстивка Ахтырского района Сумской области, Виктор Ющенко присвоил ему звание Герой Украины.

Ну, после этого вероятность присвоении Бересту звания Героя Советского Союза или аналогичного звания Героя России снова стала мизерной. В одной из самых крупных и известных российских газет очерк автора этих строк о Бересте в это время просто отказались напечатать с аргументацией: да таких героев у нас пруд пруди, мало ли кто что рассказывает…

Впрочем, сегодня надежда забрезжила опять. Во-первых, неожиданно Алексей Берест оказался в немилости у украинских националистов, которые после решения о лишении Степана Бандеры звания Героя Украины потребовали того же самого и по отношению к своему земляку, водрузившему знамя над рейхстагом. Во-вторых, на Украине теперь новый, лояльный России президент.

Может, в конце концов, присвоение Алексею Бересту звания Героя страны, некогда объединявшей оба наших государства, может стать еще одним добрым знаком нашего содружества? Тем более – в год 65-летия Великой Победы.

Александр СИДОРОВ,

обозреватель «Юг и Северный Кавказ» 28.04.2010

http://www.interfax-russia.ru/South/view.asp?id=141637&p=2

Мармурова дошка на будинку, де жив герой

На світлинах: Лейтенант Олексій Берест. Мармурова дошка на будинку, де жив герой.

Додатково:

Гриценко открыл памятник Герою Украины Алексею Бересту

Министр обороны Украины Анатолий ГРИЦЕНКО посетил районный центр Охтырка в Сумской области, где принял участие в торжествах по случаю 62-й годовщины освобождения города от немецко-фашистских захватчиков. 

Как сообщили УНИАН

В торжественной церемонии открытия приняли участие А.ГРИЦЕНКО, дочка Героя Ирина БЕРЕСТ, председатель Сумской областной госадминистрации Николай ЛАВРИК, мэр города Охтырка Ирина ДЕМЧЕНКО. Именно в Охтырском районе в селе Горяйстовка родился А.Берест.

Выступая на церемонии открытия памятника, А.ГРИЦЕНКО поздравил всех собравшихся с Днем Независимости Украины и 62-й годовщиной освобождения Охтырки от немецко-фашистских захватчиков. Министр отметил, что у В.ЮЩЕНКО не было никаких сомнений относительно присвоения звания Героя Украины А.Бересту, поскольку в этом акте глава государства видит восстановление исторической справедливости.

Дочка Героя И.БЕРЕСТ в своем выступлении искренне поблагодарила Президента Украины, земляков своего отца и весь украинский народ за чествование подвига самого дорогого для нее человека.

В рамках рабочей поездки министр обороны Украины посетил 91-й инженерный полк, где вручил ведомственные награды группе военнослужащих, которых они были удостоены по случаю 14-й годовщины Независимости Украины.

А.ГРИЦЕНКО встретился с ветеранами авиаполка Харьковского института летчиков, который в свое время дислоцировался в Охтырке, а на сегодняшний день расформирован. Именно в этой авиационной части в 1979 году начал свою офицерскую службу нынешний министр обороны.

http://obozrevatel.com/news/2005/8/25/37370.htm